Несколько дней из жизни «юкоса» и банка «менатеп. Национальный Банк «Траст» в городе Пироговский


ПАО «Национальный банк «Траст» — крупная кредитная организация с широкой филиальной сетью. Приоритетные направления деятельности — розничный бизнес, работа со средним и малым предпринимательством, корпоративными клиентами. В настоящее время находится в процессе процедуры финансового оздоровления с участием банка «Финансовая Корпорация Открытие», который подразумевает присоединение «Траста» до конца 2020 года к инвестору.

Банк был основан в 1995 году в Санкт-Петербурге под названием «Менатеп Санкт-Петербург» в качестве одной из дочерних структур московского банка «Менатеп». Изначально «Менатеп СПб» создавался как моноофисный банк, работающий в Северо-Западном регионе. Однако в результате кризиса августа 1998 года, когда «Менатеп» остановил операции, основная часть его бизнеса была переведена в «Менатеп СПб» и Доверительный и Инвестиционный Банк. При распределении активов «Менатеп СПб» получил филиальную сеть и карточный бизнес банка, а ДИБу досталась большая часть финансовых потоков «ЮКОСа». Одновременно банку «Менатеп СПб» удалось получить поддержку со стороны руководства «Газпрома», что привело к существенным изменениям в составе собственников банка и дало толчок развитию нового направления бизнеса. В 2000 году банк, действовавший в форме ЗАО, был преобразован в ОАО. В августе 2015 года организационно-правовая форма была изменена на ПАО. Летом 2004 года менеджмент ИБ «Траст» (бывший ДИБ) во главе с председателем советов директоров обоих банков Ильей Юровым завершил сделку по выкупу прав собственности в отношении контрольных пакетов акций банков «Траст» и «Менатеп СПб» у прежних владельцев. В результате права собственности в отношении 99,3% акций «Менатеп СПб» перешли от МФО «Менатеп» к менеджменту инвестбанка «Траст». В марте 2005 года банк был переименован в открытое акционерное общество «Национальный банк «Траст» (НБ «Траст»), в ноябре 2006-го «переехал» из Петербурга в Москву, а спустя два года завершил давно анонсированную сделку по присоединению ИБ «Траст». До конца декабря 2014 года основным акционером кредитной организации выступало ЗАО «Управляющая компания «Траст» (93,77% акций), конечными владельцами которого, согласно сложной схеме собственности, являются члены совета директоров банка Илья Юров, Сергей Беляев и Николай Фетисов. Напрямую Илья Юров владеет долей почти в 4,5% акций НБ «Траст». Отметим, что руководство банка было заинтересовано в привлечении стороннего инвестора, в частности, упоминалась НК «Роснефть». В декабре 2013 года советом директоров кредитной организации было принято решение об увеличении уставного капитала путем выпуска и размещения дополнительных обыкновенных именных бездокументарных акций банка. В случае размещения допэмиссии в полном объеме уставный капитал кредитного учреждения повысится на 25%. 22 декабря 2014 года Банк России принял решение о санации НБ «Траст», занимающего 28-е место по размеру активов-нетто. В качестве санатора был назначен Банк «Финансовая Корпорация Открытие». ЦБ принял решение санировать банк «Траст» с участием инвестора, исходя из оценки Агентства по страхованию вкладов объема недостачи капитала на сумму 67,8 млрд рублей. Вся процедура санации оценена в 127 млрд рублей, из которых 99 млрд регулятор предоставит в виде кредита АСВ для финансовой помощи «Трасту», а дополнительный кредит на 28 млрд получит банк-санатор на покрытие дисбаланса между справедливой стоимостью активов и обязательствами банка. Согласно плану финансового оздоровления, «ФК Открытие» завершит присоединение «Траста» до конца 2020 года.

У отцов-основателей банка «Менатеп» было своебразное чувство юмора. Среди фирм, владевших на самом деле банковским холдингом, были ТОО со следующими названиями: «Муромец», «Добрыня», «Богатырь», «Кузнец», «Палаш», «Булат», «Подкова», «Охотник», «Коробейник», «Калинка», «Полесье», «Багульник», «Раздолье» и т.п... Правда, чуть позже парни повзрослели и перевели свои фирмы из Троицкого района Подмосковья в островные офшоры.


Основной состав клана

Брудно Михаил Борисович - начинал как начальник отдела валютных операций на внутреннем рынке Главного валютного управления банка Менатеп. Все эти годы вел многочисленные региональные проекты ЮКОСа по захвату предприятий. В частности, в 1997 г. был председателем совета директоров «Усть-Илимского лесопромышленного концерна», с лже-инвестициями в который разбираются в настоящее время следователи Генпрокуратуры. В конце марта назначен и.о. президента «ЮКОС РМ». (Входит в список легальных «юкосовских» миллиардеров.)

Дубов Владимир Матвеевич - его отец немало потрудился на ниве становления банка. Дубов-старший был директором «Реал-базы» (самый крупный московский зерновой терминал), занимал пост в руководстве «Хлебобанка», связанного с Менатепом. Именно он в свое время «ввел» Ходорковского в высшие структуры власти. Чего стоит только протежирование у М.С. Горбачева. При этом по оценке аналитиков из СБ «Мост» Ду-бов-младший: «Высокомерен. О его организаторских и аналитических способностях в банке не очень высокого мнения. Отношения с Невзлиным крайне неприязненные». Но в итоге сын стал долларовым миллиардером.

Лебедев Платон Леонидович - вошел в клан по приглашению Невзлина, с которым познакомился в бытность общей работы в «Зарубежгеологии». Будучи директором группы Менатеп, Лебедев управляет теми $20 млрд (включая акции ЮКОСа и прочие активы), благодаря которым Ходорковский легально считается самым богатым человеком России. Крылатая фраза Платона: «На любом кризисе кто-то всегда наживается. А иногда кризисы и создаются для того, чтобы нажиться». (Сегодня он «юкосовский» миллиардер.)

Монахов Сергей Владимирович - бывший первый секретарь Фрунзенского РК ВЛКСМ. Родился 13 мая 1961 г. в Москве. Окончил Московский автодорожный институт по специальности инженер-строитель. Вместе с Ходорковским стоял у истоков создание банка. Их связывают дружеские отношения. Держится в тени, хотя обладает исключительным авторитетом и влиянием в банке. В 1-м номере «Коммерсанта» за 1992 год был включен в список 10-ти самых богатых россиян 1991 года. По данным газеты «Ъ»: «в августе 1991 года, когда Белый дом бурлил страстями в ожидании штурма, Сергей Монахов был сильно занят неподалеку - вместе с Михаилом Ходорковским он проводил собрание акционеров банка в здании СЭВ... Его кабинет увешан саблями, шашками, палашами. Особенную слабость хозяин кабинета питает к восточным видам холодного оружия, например, персидским: «Ну, это просто кайф! Помню, довелось мне держать в руках саблю Наполеона. Или шашка Шамиля, палаш Скопина-Шуйского...». Любимая шутка Монахова: «Мы всех любим. В жареном виде». Невзлин ревниво относится к отношениям Ходорковского и Монахова. (В открытом списке миллиардеров не значится.)

Золотарев Борис Николаевич - начинал как завхоз, т.е. начальник хозяйственного управления банка Менатеп. В банк пришел с должности заместителем генерального директора ПО «Квант». По некоторым свидетельствам, время от времени попадал под разного рода подозрения мнительного Ходорковского. Сегодня - губернатор Эвенкии. Первое, что после выборов сделал Золотарев, построил на собственные деньги - и содержит тоже - огромный благоустроенный дом (до этого в Туре не было ни одного теплого туалета). 13 марта Золотарев отпраздновал свое 50-летие.

Шахновский Василий Савельевич - бывший завхоз (управделами) мэрии, пришел в ЮКОС достаточно поздно в 1997 г., но, видимо, на своем столичном посту он столько сделал для клана, что в итоге легализовался и попал в бриллиантовые списки миллиардеров.

Не удержались в клане

Голубович Алексей Дмитриевич - начинал в качестве начальника инвестиционного управления. Тот самый Голубович, чьи родители в свое время как сотрудники Госбанка СССР помогли в создании и становлении банка «Менатеп» и в предоставлении ему на первом этапе весьма льготных условий. В начале 2001 года он был отстранен от работы в ЮКОСе, по причине чрезмерной активности вне нее. Голубович занялся бизнесом в своей компании «Russian Investors». Живет во дворце XIX века в центре Москвы. (В списках легальных миллиардеров не значится.)

Дахаев Руслан - знаком с Ходорковским с комсомольских времен, руководил движением студенческих строительных отрядов. Работал в Госкомстате и ЦСУ СССР. С 1989 по 1993 г. работал в «Менатепе» на должности ведущего экономиста. Очень многое сделал для спокойствия банка. Но вместе с тем скомпрометировал друзей слухами о своих связях с «чеченской» мафией.

Крючков Сергей Иванович - начальник отдела на-лично-денежного обращения банка Менатеп. Ранее работал в Промстройбанке СССР. Говорят, что именно он в 1992 г. попал в колоссально плохую историю с фальшивыми авизо. Но был пристроен в дочернюю компанию Менатепа.

Сергей Родионов - бывший высокопоставленный сотрудник Центробанка. Координировал всю работу МФО «Менатеп». Был уволен после конфликта с Невзлиным. Долгое время руководил газпромовским банком «Империал».

Алешкина Алла Константиновна - ранее работала в Промстройбанке СССР. По оценкам СБ «Моста», «зачастую довольно критически высказывалась в отношении Ходорковского и проводимой им политики в банке... С осени 1993 года с санкции начальника УБ банка находилась в оперативной разработке с применением средств слухового контроля». После ухода из клана у г-жи Алеш-киной при невыясненых обстоятельствах был взорван автомобиль. Работала зампредом Сбербанка РФ.

Все печатные СМИ, контролируемые ИБГ, сконцентрированы в рамках Издательского дома Проф-медиа, который кроме указанных выше газет и журналов выпускает также более 70 центральных и региональных информационных и рекламных изданий (в том числе такие популярные, как Экспресс-газета и Антенна), а также владеет полиграфическими предприятиями, оптовой и розничной дистрибьютерской сетью. По мнению его руководителей, Проф-медиа крупнейший издательский дом в стране. А В. Потанин заявлял, что считает его хорошим активом своей ИБГ с точки зрения прибыльности и перспективности.

В электронных масс-медиа Интеррос-ОНЭКСИМ формально никогда не имел никаких позиций. Тем не менее в 1997 г. многие наблюдатели говорили о спонсировании ОНЭКСИМом второго телеканала, а конкурирующие с ним СМИ открыто утверждали, что он под контролем банка.

4. ИМПЕРИЯ ХОДОРКОВСКОГО

В отличие от большинства рассматриваемых нами ИБГ, мы именуем данную не по названию центрального элемента, а по фамилии лидера. Это связано с тем, что и центральный элемент, и отраслевое позиционирование данной ИБГ менялось. За, примерно, десять лет существования она прошла путь от финансово-торговой к финансово-промышленной, а затем к промышленно-финансовой с четкой нефтяной специализацией. ИБГ начиналась как группа банка Менатеп, затем стала группой Менатеп-Роспром-ЮКОС, затем на короткое время ЮКОС-Менатеп.

В результате событий 1998 г. у империи Ходорковского полностью сменились конфигурация, структура и центральный элемент. В настоящее время она свелась в основном к связке двух нефтяных компаний, и наиболее адекватное ее нынешнее название группа ЮКОСВНК. При этом, хотя скорость и глубина этих изменений, вызванные финансовым кризисом, являются вынужденными и чрезвычайными, по направленности они продолжают тенденции, характерные для империи Ходорковского на протяжении всей ее истории. При этом первое лицо группы всегда оставалось одним и тем же М. Ходорковский. То же самое касается и второго лица Л. Невзлина. В основном не менялась и команда главных собственников и менеджеров, лишь пополняясь при приобретении новых компаний.

Развитие до начала 1998 г.

Банк Менатеп был учрежден в самом конце 1988 г., т. е. относится к самым старым банкам России. Он сразу вошел в сотню крупнейших банков России, постоянно поднимаясь все выше и выше (01.01.93 г. 26-е место, 01.01.95 г. 12-е место, 01.07.97 г. 10-e место, 01.07.98 г. 5-е место).

Первым из крупных частных фирм (еще во времена СССР) Менатеп начал массовую продажу своих акций физическим лицам. Создав при этом ажиотажный спрос, банк затем в течение многих лет не выплачивал сколь-нибудь значимых дивидендов. И вдобавок не давал реальной возможности акционерам реализовать никакие другие права собственников банка (напоминаниями о которых утешали россиян, купивших себе немного Менатепа, его руководители в многочисленных интервью в начале 90-х годов). Но об этом, кажется, все забыли. Как, впрочем, забыли и о героях 1991-1992 гг. - РИНАКО, НИПЕК, ВПИК. При этом, конечно, ни банк, ни указанные финансовые компании никаких законов не нарушали и все свои формальные обязательства выполняли.

Банк специализировался на работе с корпоративными клиентами (крупными предприятиями). Обслуживание физических лиц не являлось для него приоритетным направлением, хотя он был в числе лидеров и по объемам привлеченных вкладов. На конец 1997 г. Менатеп имел 37 филиалов, а также три дочерних банка в России Самарский биржевой банк, Менатеп-Санкт-Петербург, СКВ-банк (Екатеринбург) и два в ближнем зарубежье Менатеп-Ереван и Менатеп-Сухуми. В дальнем зарубежье банк имел дочернюю финансовую компанию в Швейцарии Menatep Finance S. A., а летом 1997 г. приступил к размещению на американских и европейских финансовых рынках ADR на свои акции

С самого начала Менатеп стал центром многопрофильной группы, создав множество дочерних компаний, в особенности финансовых (брокерских) и торговых. Среди первых наиболее известными были Альянс-Менатеп и Русские инвесторы, среди вторых Торговый дом Менатеп (внутренняя торговля), Менатеп-Импэкс (внешняя торговля, в частности, в течение ряда лет компания была одним из крупнейших нефтетрейдеров).

Менатеп был, пожалуй, единственным из российских банков, который с самого начала заявил о намерении сформировать вокруг себя крупный промышленный холдинг. И, вообще говоря, последовательно выполнял заявленную программу действий, начиная с конца 1992 г. В процессе ваучерной приватизации и в последующие годы банк приобрел крупные пакеты акций более ста промышленных предприятий (правда, впоследствии это количество пришлось сократить втрое). Менатеп также стал одним из главных победителей залоговых аукционов конца 1995 г

В большинстве случаев руководители ИБГ стремились к реальному управлению контролируемыми предприятиями, а не только к замыканию их финансовых потоков на Менатеп. Наиболее яркий пример АО Апатит. Получив контроль над этим крупнейшим производителем сырья для производства минеральных удобрений, банк сразу приступил к разработке двух проектов: строительства на его территории завода по производству этих удобрений на экспорт и модернизации одного из портов в Мурманске для обеспечения благоприятных условий их транспортировки.

Основным приобретением Менатепа на залоговых аукционах стал контрольный пакет акций нефтяной компании ЮКОС (а также контрольный пакет акций Мурманского морского пароходства, перепроданный в конце 1998 г. ЛУКОЙЛу). И с этого момента нефтяная промышленность становится основным центром интересов империи Ходорковского. В конце 1997 г. она продолжила экспансию в нефтяную промышленность, приобретя в результате приватизационного конкурса контрольный пакет акций Восточной нефтяной компании.

В 1997 г. произошли изменения: команда Ходорковского почти в полном составе ушла из банка в ЮКОС и в управляющую компанию Роспром (см. ниже). Исполнительная власть в банке была передана новой команде наемных менеджеров во главе с председателем правления А. Зурабовым (человеком для банка относительно новым). Это должно было радикально изменить лицо Менатепа. Зурабов объявил о конце эры инвестиционного банка и начале эры банка универсального. Промышленные предприятия, входящие в состав ИБГ, должны были стать для Менатепа одними из клиентов, а он для них одним из обслуживающих банков, хотя все-таки самым любимым и любящим. Но сбыться этим планам было не суждено. После прихода к руководству новой команды (хотя и отнюдь не по ее вине) банк прожил фактически лишь год.

ЮКОС вторая по объему производства и запасам и, по-видимому, третья по качественным показателям вертикально интегрированная нефтяная компания России. Ядро компании составляют нефтедобывающие объединения Юганскнефтегаз и Самаранефтегаз и три нефтеперерабатывающих завода в Самаре, Сызрани и Новокуйбышевске. Основным перспективным ресурсом ЮКОСа является сверхкрупное и потенциально сверхэффективное Приобское нефтяное месторождение.

В результате залогового аукциона и последовавшего за ним инвестиционного конкурса компании, представляющие Менатеп, приобрели более 80% акций ЮКОСа. Покупка ЮКОСа имела характер дружественного захвата. Во-первых, плотные контакты нефтяной компании и банка начались, как минимум, в начале 1994 г., т. е. два года они притирались друг к другу. Во-вторых, новые хозяева сохранили за старым руководством значительное реальное влияние и высокие посты, которые и к настоящему времени не стали чисто номинальными. Однако главную роль в управлении ЮКОСом сразу после его покупки стали играть Ходорковский и члены его команды, для которых с 1997 г. нефтяная компания стала основным местом работы.

Практически сразу же после перехода под контроль Менатепа ЮКОС начал экспансию в смежные отрасли. Наиболее серьезными приобретениями стали, по-видимому, контрольные пакеты акций Омского и Московского шинных заводов. Кроме того, весной 1997 г. ЮКОС стал совладельцем крупной транспортной компании АО Волготанкер, а с середины 1998 г. принимает активное участие по управлению компанией.

ВНК региональная нефтяная компания, расположенная на юге Западной Сибири. Включает в себя Томскнефть, Томскнефтегазгеологию, Ачинский нефтеперерабатывающий завод и три сбытовых предприятия Томскнефтепродукт, Новосибирскнефтепродукт, Хакасснефтепродукт. По основным показателям компания находится либо в конце первой, либо в начале второй десятки российских нефтяных компаний. Активы ВНК, безусловно, являются хорошим дополнением к ресурсам и мощностям ЮКОСа.

Приобретение ВНК империей Ходорковского имело характер враждебного захвата. По общему мнению, основная часть высшего менеджмента ВНК во главе с первым вице-президентом В. Калюжным и вице-президентом Г. Авалишвили пыталась не допустить такого варианта приватизации. Этот факт заслуживает внимания, поскольку в 1998-1999 гг. указанные руководители ВНК заняли ключевые посты в министерстве топлива и энергетики, что, естественно, негативно повлияло на отношения ЮКОСа с правительством.

Прочая промышленность . Как уже отмечалось, в процессе массовой приватизации Менатеп приобрел крупные пакеты акций, как минимум, нескольких десятков промышленных предприятий. В середине 1996 г. банк впервые представил в СМИ развернутую информацию о предприятиях, которыми он владеет, и заявил свои приоритеты в сфере промышленности. Менеджеры Менатепа сообщили тогда о том, что помимо нефтяной промышленности (которая всегда была приоритетом номер один) банк выделяет четыре стратегических направления.

Дитя банкротства «Менатепа»

История банка «Траст» началась в далеком 1995 году. Московский банк «Менатеп», подконтрольный главе нефтяной компании «Юкос» Михаилу Ходорковскому, открыл в Санкт-Петербурге свою «дочку». Сама материнская структура впоследствии не пережила кризис 1998 года: лицензию у «Менатепа» отозвали в мае 1999-го, в сентябре кредитная организация была признана банкротом. Кредиторам банк задолжал около 40 млрд рублей.

После этого часть активов банка была переведена в две другие финансовые организации, подконтрольные Ходорковскому: «Менатеп Санкт-Петербург» и Доверительный инвестиционный банк (ДИБ). Первый банк получил филиальную сеть и карточный бизнес банка, ДИБ – большую часть финансовых потоков «Юкоса».

«Я вошел в «Менатеп» как горячий нож в масло»

Говорят, Ходорковский такого перспективного сотрудника заприметил сразу

В 1994 году, задолго до краха, в банк «Менатеп» пришел устраиваться на работу Илья Юров – выпускник Московского авиационного института, успевший поработать в крупнейшей инвестиционной компании Франции Compagnie Parisienne de Reescompte (CPR). Наниматься в банк Ходорковского он пришел, прочитав объявление в газете. И, говорят, Ходорковский такого перспективного сотрудника заприметил сразу. «Вы даже не предполагаете степень той финансовой безграмотности. Человек, который просто говорил по-английски, уже мог делать карьеру, – рассказывал Юров. – Я вошел в «Менатеп» как горячий нож в масло», – вспоминает он.

Юров работал экономистом отдела маркетинга, а через год стал начальником аналитического отдела. Со второго месяца работы Юров готовил аналитические отчеты лично для Ходорковского. В 1999 году Ходорковский предложил Юрову возглавить ДИБ. Юров тогда как раз вынашивал идею создать инвестиционный банк на выжженном кризисом финансовом рынке, и владелец банка этот план одобрил.

На «Траст» приходилось более 10% рынка корпоративных бондов

Вскоре ДИБ был переименован в Инвестиционный банк «Траст». Дела шли сверхуспешно: в 2002–2003 годах банк был первым в списке андеррайтеров облигаций по версии Cbonds. На «Траст» приходилось более 10% рынка корпоративных бондов, а среди его клиентов в те времена были крупнейшие компании: МГТС, «Русал», «МегаФон», правительства Московской области, Москвы и Якутии.

К 2001 году менеджеры банка стали партнерами акционеров «Юкоса», выкупив у группы «Менатеп» 30% «Траста».

Либо продать, либо что-то предпринять

В 2002 году в России начался потребительский бум, и банкиры стали понимать, что кредитование населения начнет расти. В принципе, у группы «Менатеп» было все, чтобы начать работу на рынке потребительского кредитования. У банка «Менатеп Санкт-Петербург» было 48 отделений и доступ к дешевым ресурсам. Юров предлагал эту идею Ходорковскому, но тот сомневался: просчитать риски тогда, на формирующемся рынке розничного кредитования, было сложно. Переговоры тянулись долго и завершились сами собой летом 2003 года. Тогда был арестован один из основных владельцев группы «Менатеп» Платон Лебедев. Группе стало совсем не до розничного банковского бизнеса.

Весь 2003 и 2004 годы сотрудников банка вызывали на допросы

ИБ «Траст» тоже не поздоровилось: весь 2003 и 2004 годы сотрудников банка вызывали на допросы. Тем временем банк покидали клиенты. Перед Юровым встала дилемма: либо продать свои 30% в ИБ «Траст», либо попытаться что-то предпринять.

Времени, потраченного на «Траст», Юрову было жаль. А молодость и амбиции позволяли считать, что нет проблем, которые нельзя решить. Появилась идея достать где-то деньги и выкупить 70% в ИБ «Траст» и 100% банка «Менатеп Санкт-Петербург». «Мы знали многих инвестбанкиров на Западе. С нами связались друзья – достаточно высокопоставленные люди из банка ING – и сказали: если мы договоримся с группой «Менатеп», нам готовы дать денег», – цитировал Юрова Forbes.

Было очень сложно, однако Юрову в 2004 году удалось осуществить задуманное. В итоге оба банка – ИБ «Траст» и «Менатеп Санкт-Петербург» – были выкуплены за 100 млн долларов. Банк «Менатеп Санкт-Петербург» был переименован в Национальный Банк «Траст», а в 2008 году оба банка объединили под этим брендом.

Брутальный «Траст»

Розничный проект был запущен в 2006 году. «Траст» занялся кредитованием населения и малого и среднего бизнеса. Сам Юров говорил, правда, что в розницу они вышли поздно – там уже вовсю работали такие монстры, как группа ВТБ и Сбербанк.

Весной 2009 года лицом рекламной кампании банка стал спортсмен-культурист, актер и шоумен Владимир (Динамит) Турчинский. С помощью его образа рекламировались различные продукты с соответствующими названиями. Например, вклад «Сильный» со ставкой 14,75% годовых. «Исходя из того, что «Траст» – это доверие, надежность и сила, мы и выбрали Турчинского», – говорила предправления банка «Траст» Надия Черкасова в интервью порталу Банки.ру.

Однако утром 16 декабря 2009 года стало известно, что шоумен скоропостижно скончался от сердечного приступа. Сотрудники банка были в шоке. Однако уже в середине дня было принято решение прекратить кампанию с образом Турчинского. В банке резонно сочли использование образа безвременно и внезапно ушедшего из жизни человека некорректным. Баннеры и билборды с рекламой были оперативно убраны.

Еще более брутальный «Траст»

После Турчинского, в 2010 году, банк «Траст» начал использовать в своей рекламе образ не менее брутальный – голливудской звезды, актера Брюса Уиллиса. До этого в России ни один банк не приглашал в свои кампании столь известных и дорогих мировых знаменитостей.

«Крепкий орешек» со знаменитой фразой «Он такой же, как я. Только банк» рекламировал продукты и сам «Траст» в течение четырех лет. На российском рекламном рынке Уиллис появился тогда впервые. В Восточной Европе он уже засветился в рекламе польской водки.

В банке рассказывали, как искали новое рекламное лицо – оказывается, это было не так уж долго. Были сформированы два топ-листа – российских и иностранных знаменитостей. Помимо Уиллиса, рассматривался также Брэд Питт. В российском списке на первом месте стоял Иван Ургант, но его индекс восприятия отставал от индекса «крепкого орешка» вдвое.

Сумму контракта с Уиллисом, понятное дело, в банке не озвучивали. Но участники рекламного рынка оценивали годовой контракт голливудской звезды в 1,5 млн долларов.

Большому банку – большую санацию

Но Брюс Уиллис не спас банк от очередного кризиса: явные проблемы у «Траста» обозначились в 2014 году. Хотя, как писали «Ведомости», проблемы у банка были еще в 2009 году. Кредитный портфель банка тогда составлял 65 млрд рублей. Более 60% этого портфеля приходилось на проекты крупнейших бенефициаров банка – председателя совета директоров Юрова, члена совета директоров Николая Фетисова и Сергея Беляева. Оставшаяся доля была направлена на реструктуризацию проблемных кредитов акционеров и кредиты дружественным структурам, чтобы поддерживать нормативы ЦБ.

Последней каплей стала паника вкладчиков, которые в конце 2014 года забирали деньги из банков

На протяжении 2014 года банк несколько раз приближался к минимальному показателю достаточности капитала в 5%. В марте того года банк провел дополнительную эмиссию акций на 3,14 млрд рублей, но этого хватило до сентября. Снова приблизившись к критичной отметке по нормативу достаточности капитала, банк опять хотел провести допэмиссию, но сделка была безнадежной: акции были оплачены зданием, которое банк арендовал под главный офис. Последней каплей стала паника вкладчиков, которые в конце 2014 года забирали деньги из банков. Небольшого оттока в размере 3 млрд рублей хватило, чтобы «Траст» рухнул. И 22 декабря 2014 года Банк России принял решение о санации банка.

Санатором «Траста» был выбран банк «ФК Открытие», на оздоровление кредитной организации АСВ выделило ему 127 млрд рублей. Тогда генеральный директор АСВ Юрий Исаев заявлял, что этих денег на санацию «Траста» хватит. Однако год спустя «Открытие» снова попросило у АСВ денег – 47 млрд рублей. Первоначально размер «дыры» в «Трасте» оценивался в 68 млрд рублей, но спустя несколько месяцев объем недостачи вырос на 70% - до 114 млрд рублей. СМИ объясняли это тем, что схемы «надувания» капитала со стороны бывших собственников перестали работать, а половину недостачи составили «схемные» активы.

Тогдашний зампред ЦБ Михаил Сухов заявлял, что отчетность «Траста» была фальсифицирована. В апреле 2015 года правоохранительные органы возбудили в отношении бывших топ-менеджеров «Траста» уголовное дело об особо крупном мошенничестве. Как полагало следствие, действовали подозреваемые не в одиночку, а совместно с акционерами. Илья Юров, Николай Фетисов и Сергей Беляев были заочно арестованы российским судом, однако бенефициаров банка к тому времени уже давно не было в России.

Санация банка «Траст» стала одной из самых масштабных в истории всей российской финансовой системы

Санация банка «Траст» стала самой масштабной в истории банка «Открытие» и одной из самых масштабных в истории всей российской финансовой системы: на нее было потрачено в восемь раз больше денег, чем заявлялось в исходном плане спасения.

Ценитель хорошего кино и музыки. Любитель черных костюмов и фантастических детективов. Основатель крупнейшего в России частного банка, потерявший свое главное «детище» буквально за считанные недели. сайт представляет: наиболее яркие и интересные факты из биографии Вадима Беляева.

In Good we «Траст»

Летом 2017 года под санацию ЦБ попал сам санатор «Траста» – банк «Открытие», который к моменту своего краха стал крупнейшим частным банком в стране. Так, 29 августа было объявлено о введении в банк «Открытие» временной администрации ЦБ, переходе банковской группы под контроль регулятора и начале процедуры финансового оздоровления через новый Фонд консолидации банковского сектора. С начала 2018 года команду «Открытия» возглавит президент – председатель правления банка ВТБ 24 Михаил Задорнов.

Докапитализация не предполагает оказания финансовой помощи «Трасту»

Регулятор обещал поддерживать работоспособность финансовых организаций и специализированных сервисов, входящих в группу банка «Открытие». Ранее в декабре Банк России также утвердил изменения в план своего участия в санации банка «ФК Открытие», которые предусматривают докапитализацию этой кредитной организации на 456,2 млрд рублей. Однако докапитализация не предполагает оказания финансовой помощи «Трасту». Выживет ли «крепкий орешек» на этот раз?

При подготовке материала использовались публикации в изданиях Forbes , «Коммерсант», «Ведомости», Банки.ру, Finparty .

Консультанта по управлению репутацией и кризисным коммуникациям.

Из “Менатепа” в “Траст” или что делать с чужой репутацией?

В тени ЮКОСа: что делать банку, которому никто не верит. Эффект дела ЮКОСа, которое закончилось распродажей основных активов компании, по степени разрушительности для бизнеса ее владельцев - группы “Менатеп”, походил на океанский шторм. Бизнес, имевший какое-либо отношение к ЮКОСу, стал оцениваться рынком как ненадежный, а опасение “это может случиться с каждым” перечеркнуло все усилия, ранее затраченные компанией на построение прочной репутации. Так, некогда положительная репутация ЮКОСа обернулась угрозой серьезных финансовых потерь для ее владельцев, группы “Менатеп”, которым пришлось искать способы спасти свои другие быстро теряющиедоверие и ценность активы: банки ИБ “Траст” и ОАО “Менатеп СПб”.

Способность компаний группы “Менатеп” выполнять обязательства перед акционерами и клиентами, в свете развития дела ЮКОСа, вызывала логичные сомнения. В наибольшей степени от этого пострадали принадлежавшие группе банки. Арест председателя совета директоров дочерней структуры “Менатеп” Платона Лебедева в рамках одного из дел против ЮКОСа и возбуждение уголовных дел против банка “Менатеп СПб” в 2003 году окончательно подорвали репутацию брэнда “Менатеп”. Что не замедлило выразиться в повышении интереса силовых органов и снижении рейтингов международных агентств с туманной перспективой повышения в зависимости от разрешения уголовных и налоговых претензий к “Менатеп СПб”. Фактически, группа “Менатеп” не только понесла потери, связанные с делом ЮКОСа, но и столкнулась с необходимостью дополнительных вложений в банки, доверие рынка к которым становилось тем меньше, чем дольше “Менатеп” пыталась его реанимировать.

Изначально, в борьбе за спасение своего банковского бизнеса группа “Менатеп” реорганизовала активы в одноименный финансовый холдинг, включивший инвестиционный банк “Траст”, ОАО “Менатеп СПб”, негосударственный пенсионный фонд “Прогресс-Доверие” и управляющую компанию “Доверие Капитал”. Права собственности на оба банка были сначала частично, а потом и полностью, проданы команде менеджеров во главе с Ильей Юровым, на кого и легла ответственность за будущее новоприобретенных активов. Стратегия команды Юрова как менеджеров, а потом и собственников, банков “Траст” и “Менатеп СПб” преследовала две основные цели:

- “отстройку” от брэнда “Менатеп” и связи с ЮКОСом (смена руководства и названия банков);

Работа с имиджем и репутацией банков (приглашение зарубежного специалиста, консервативная политика управления, активное общение со СМИ, раскрытие новой структуры собственности).

Учитывая тот факт, что члены новой команды менеджеров банков “Траст” и “Менатеп СПб” являлись их же совладельцами, их прямой интерес в скорейшем восстановлении прежних объемов бизнеса обеспечивал готовность необходимую степень преданности начатому делу в критических условиях.

Быть с “Менатепом” или не быть? Быть - недолго.

Руководство холдинга Group “Менатеп” четко осознавало, что корень проблем “Траста” и “Менатеп СПб” - в их близости к родительской компании, а через нее - к ЮКОСу. Беспокойство иностранных акционеров, арест ключевого лица, настойчивый интерес силовых органов - создавали серьезное давление на руководство банков. И хотя формально “Траст” и “Менатеп СПб” являлись частью холдинга, команда Юрова понимала, что рано или поздно “привязка” к “Менатепу” и, следовательно, к ЮКОСу, станет камнем преткновения в развитии холдинга из-за связанных с этими брэндами угроз нестабильности и зависимости от негативно настроенных влиятельных структур. И чем скорее команда Юрова смогла бы провести условную грань в глазах общественности между банками и брэндом “Менатеп”, тем выше были шансы на спасение бизнеса.

Ярким примером возможностей развития банков в случае отмежевания от брэнда “Менатеп” и его связи с ЮКОСом было повышение долгосрочного рейтинга Standard&Poors банка “Траст” до уровня “Альфа-банка” осенью 2003 года. В то же самое время, в офисах члена того же холдинга, банка “Менатеп СПб”, проходит ряд обысков, по итогам которых уже зимой в адрес банка будет открыто уголовное дело. И все это при том, что обоими банкам управляла, фактически, одна и та же команда менеджеров, а оба совета директоров возглавлял Илья Юров. Разница между банками и причина злоключений “Менатеп СПб” была в том, что он был явно аффилииорван с опальной компанией - ЮКОСом.

Первый шаг к отмежеванию от брэнда “Менатеп” на уровне руководства был сделан, когда советы директоров обоих банков холдинга были “укомплектованы” менеджерами “Траста”, а завершились перестановки в руководстве банков заменой единственного оставшегося представителя “Менатеп СПб” - председателя правления Дмитрия Лебедева - членом правления советов директоров обоих банков Олегом Колядой. Таким образом, единственное, что формально связывало банки с “Менатепом” после всех внутренних перестановок, было название одного из них.

Помимо внутренних перемен, команда Юрова работала над выстраиванием нового имиджа банков. Поскольку основным репутационным риском для “Траста” и “Менатеп СПб” оставалось влияние ситуации вокруг ЮКОСа, которое активно обсуждалось в СМИ, командой Юрова был разработан ряд ключевых сообщений для клиентов и инвесторов. Основной темой внешних коммуникаций была реорганизация работы банков, направленная на то, чтобы влияние “дела ЮКОСа” на работу обоих банков не усиливалось, а слабело. Особенное внимание в своих заявлениях Илья Юров уделял принципам прозрачности работы банков, готовности акционеров инвестировать в программы их развития, и даже упоминал о долгосрочных планах выйти на IPO через 2-3 года.

Регулярные выступления руководства банков “Траст” и “Менатеп СПб” в СМИ преследовали две основных цели в рамках стратегии отмежевания от брэнда “Менатеп”. Прежде всего - продемонстрировать готовность акционеров и руководства вкладывать в долгосрочное развитие банков: заявленная стратегия развития на 3 года и подписание контракта на внедрение электронной системы для повышения конкурентоспособности розничных банковских продуктов и услуг. Факт принятия руководством и акционерами банков столь долгосрочных и затратных решений должен был дать широкой общественности понять, что, не смотря на непростую ситуацию, желание и возможность вкладывать в развитие бизнеса только возросли, а значит, угрозы невыполнения банками своих обязательств нет.

Второй целью стратегии коммуникаций команды Юрова было показать широкой общественности, что ситуация вокруг ЮКОСа, при всей серьезности, не воспринимается руководством банков как злой рок. Сам Илья Юров неоднократно акцентировал внимание на том, что дело ЮКОСа, скорее, привлекает к “Трасту” и “Менатеп СПб” интерес, чем вредит их репутации.

В кризис помогут коллеги и варяги.

Специфика банковского бизнеса, в том числе инвестиционного, заключается в том, что его основой является доверие, которое трудно завоевать и измерить, но легко потерять. А скорость и степень потери доверия на банковском рынке в значительной степени зависит от того, насколько уважаемый источник рапространяет позитивную или негативную информацию о работе банка и как сам банк на нее реагирует. Причем, информация, распространяемая самим банком, при всей ее необходимости, сама по себе не является основой для оценки положения банка на рынке. Скорее, она служит для того, чтобы ее можно было проверить, используя данные из независимых источников.

Одними из наиболее влиятельных независимыми источниками информации о работе банков являются рейтинговые агентства и руководство других уважаемых на рынке банков. Первые определяют надежность банков, а последние - конкурируют и собирают информацию друг о друге. Команде менеджеров банков “Траст” и “Менатеп СПб” пришлось столкнуться с противоречивой реакцией рейтигновых агентств и “коллег” по отрасли на происходящие вокруг холдинга “Менатеп” события.

Когда следственный комитет МВД России обнародовал заявление о возбуждении против “Менатеп СПб” уголовного дела об уклонении от уплаты налогов, рейтинги банка международных агентств S&P и Finch, к радости команды Юрова остававшиеся неизменными в течение трех месяцев, резко упали. Уж слишком формулировка претензий к банку напоминала претензии к ЮКОСу. Информация о налоговых претензиях и падение рейтингов нанесло серьезный удар по репутации холдинга, поскольку потеря доверия одним его членом неизменно вела к снижению доверия к остальным, а следовательно - к прямым финансовым потерям.

В частности, под угрозой оказалась репутация банка “Траст”, инвестиционная деятельность которого подразумевала оперирование значительными денежными суммами, доверенными банку клиентами. А поскольку клиентский портфель “Траста” на 2003 год состоял из небольшого количества крупных клиентов (треть суммы депозитов на 10 клиентов), потеря даже одного из них могла стать причиной серьезных проблем с финансовыми обязательствами банка.

Неожиданно, от публичного негодования “Траст” и “Менатеп СПб” спасли отраслевые аналитики и представители других банков. В свете дела ЮКОСа, претензии к банкам должны были вызвать однозначно негативную реакцию рынка, поскольку информация об уклонении финансовой структурой от уплаты налогов несет серьезную угрозу доверенным ей средствам клиентов и акционеров. Однако, целый ряд отраслевых аналитиков и руководителей крупных банков публично заявили о практике использования многими банками законных схем оптимизации налоговых платежей. Финансовый директор Международного банка Санкт-Петербурга даже отметил, что без использования подобных схем многие банки не смогли бы выжить в существующих условиях.

Низкий уровень доверия общественности к государственным органам оказался кстати для команды Юрова, особенно в свете приближающегося времени отчетов банков “Траст” и “Менатеп СПб” по результатам года. Потенциальный скандал в СМИ, связанный с очередным “фактом нечистоплотности” банков известного холдинга был, фактически, погашен, так и не начавшись. Причем, “погасили” его не фигуранты налогового преследования, а их конкуренты. И сделали они это вовсе не из отраслевой солидарности. Просто доведение до конца дела о неуплате “Менатеп СПб” налогов означало бы потенциальную возможность предъявления подобных претензий к большинству российских банков.

И все же, одного отражения “внешних атак” для восстановления репутации “Траста” и “Менатеп СПб” было недостаточно. Приближался конец 2003 года - время раскрытия не слишком блестящих результатов борьбы банков за выход “из тени” ЮКОСа. Да и заявленная осенью стратегия развития банков к концу года требовала подтверждения и обнародования конкретных шагов. Создавшаяся ситуация, скорее требовала плана кризисного реагирования, публичное принятие которого, наряду с пользой для холдинга, укрепило бы в глазах общественности и игроков банковского рынка имидж банков как жертв кризисной ситуации, которые, вместо того, чтобы работать для клиентов, занимаются собственным спасением. Такой имидж имел высокие шансы спровоцировать отток клиентов и еще более усугубить финансовые проблемы “Траста” и “Менатеп СПб”.

Во избежание разрушительного эффекта благих намерений, приход в “Менатеп СПб” нового главного управляющего директора Криса Эванса был сразу же прокомментирован им самим. Эванс отметил, что пришел в банк не как кризисный управляющий, а как специалист с опытом работы разрешения сложных ситуаций в банковском бизнесе; конкретно - чтобы перенаправить усилия банка по привлечению клиентов. Предложенная Эвансом стратегия реструктуризация включала введение новой системы иерархии, сегментацию продуктов по клиентским аудиториям и стандартизацию внутренних процедур во избежание дублирования усилий. Программа была подробно прокомментирована для СМИ представителями банка во избежание неверной трактовки и создания положительных ожиданий от работы банка под новым командованием. Приход Эванса в “Менатеп СПб” рассматривался руководством банков не только в качестве управленческого решения, а и использовался как имиджевый ход для закрепления убеждения общественности в том, что банк вкладывает в свое развитие и твердо намерен выйти на новый уровень работы.

Приход в конце года нового управляющего директора с четкой стратегией реструктуризации бизнеса “Менатеп СПб” пришелся как нельзя кстати в качестве положительного противовеса незавидным результатам деятельности банка в 2003 году (снижение активов на 0.4%, средств клиентов - на 26.5%, балансовой прибыли - на 50%). Чтобы обеспечить максимально положительное восприятие рынком происходивших в банках процессов, финансовое руководство “Менатеп СПб” и “Траст” обнародовало не сухие данные, а свое видение динамики работы банка. Суть коммуникаций руководства банков сводилась к тому, что показатели работы по результатам года были обусловлены процессом реструктуризации, а не каких-либо неверных решений, и в имевшей место ситуации с преследоавниями ЮКОСа и “Менатеп СПб” могут считаться достижением.

Подобные заявления вряд ли успокоили бы общественность, если бы исходили только от руководства банков. Однако, уже во второй раз, в защиту репутации банков “Менатеп СПб” и “Траст” стали высказываться отраслевые аналитики и банкиры, которые отзывались о результатах работы банков в создавшихся вокруг холдинга условиях положительно. Снижение депозитов физлиц, по их мнению, могло происходить не только вследствие потери клиентов, а, скажем, в результате оптимизации направлений работы банка. А рейтинги, мол, скорее, отразили произошедшую потерю рыночных позиций банков, а не явились этому причиной.

Подобная “солидарность” объяснялась спецификой создавшейся ситуации. Публичная активность руководства “Менатеп СПб” и “Траст” и обнародованные планы серьезных стратегических вложений на фоне преследования ЮКОСа и налоговых разбирательств в адрес “Менатеп СПб” превратили банки в глазах общественности из неудачников в “мучеников”, пытавшихся выжить в тяжелых и не зависящих от них суровых условиях. К тому же, уверенности в том, что подобная ситуация не повторится с каким-нибудь другим банком, не было.

”Менатеп СПб” продан - да здравствует “Траст”!

На фоне тянущихся налоговых и уголовных разбирательств, снижения и отзыва международных рейтингов, скачках капитализации ЮКОСа в зависимости от судебных решений в адрес компании, рыночная капитализация банков холдинга “Менатеп” снижалась. За второе полугодие 2003 года суммарные активы ИБ “Траст” и ОАО “Менатеп СПб” снизились почти вдвое, а частные депозиты - почти на треть. В результате рассмотрения предложений на покупку контрольных пакетов акций ИБ “Траст” и ОАО “Менатеп СПб”, в конце 2004 года права на собственности были выкуплены руководством двух банков. Продажа банковского бизнеса была вынужденной для холдинга Group “Менатеп” мерой, поскольку, не смотря на усилия нового руководства банков, как активы они неуклонно теряли в цене.

Выкуп акций “Траст” и “Менатеп СПб” позволил новым владельцам завершить начатое со смены состава советов директоров банков отмежевание от брэнда “Менатеп” и взять курс на восстановление репутации банков. “Восстановительные работы” команда Ильи Юрова начала со смены названия ОАО “Менатеп СПб” на Национальный банк “Траст”. За унификацией названий банков последовал ряд подробных комментариев Ильи Юрова для СМИ касательно новой структуры собственности банков и дальнейшей их работы. Основной акцент в коммуникациях сместился с реагирования на “выпады” внешнего окружения на оглашение результатов положительных перемен в операционной структуре банков и, теперь уже окончательной, независимости результатов работы банков от исхода дела ЮКОСа.

Незадолго до нового года, Илья Юров объявил о начале серьезной работы над репутацией банков “Трастов” - инвестиционного и розничного. По мнению руководства банков, разграничение деятельности двух “Трастов” позволит обеспечить сфокусированность и качество работы с клиентами и партнерами. Необремененные судебными преследованиями и проблемами афилиированных структур владельцы, для которых банковский бизнес является приоритетным, а не добавочным видом деятельности, имеют возможность построить репутацию банков заново. Удастся им это или нет - покажет время.

Выбор редакции
1.1 Отчет о движении продуктов и тары на производстве Акт о реализации и отпуске изделий кухни составляется ежед­невно на основании...

, Эксперт Службы Правового консалтинга компании "Гарант" Любой владелец участка – и не важно, каким образом тот ему достался и какое...

Индивидуальные предприниматели вправе выбрать общую систему налогообложения. Как правило, ОСНО выбирается, когда ИП нужно работать с НДС...

Теория и практика бухгалтерского учета исходит из принципа соответствия. Его суть сводится к фразе: «доходы должны соответствовать тем...
Развитие национальной экономики не является равномерным. Оно подвержено макроэкономической нестабильности , которая зависит от...
Приветствую вас, дорогие друзья! У меня для вас прекрасная новость – собственному жилью быть ! Да-да, вы не ослышались. В нашей стране...
Современные представления об особенностях экономической мысли средневековья (феодального общества) так же, как и времен Древнего мира,...
Продажа товаров оформляется в программе документом Реализация товаров и услуг. Документ можно провести, только если есть определенное...
Теория бухгалтерского учета. Шпаргалки Ольшевская Наталья 24. Классификация хозяйственных средств организацииСостав хозяйственных...